Новый премьер—министр Синдзо Абэ и японо—российские отношения

:  Сегодня я зачитаю тезисы доклада, который написал г-н Мията. Некоторые моменты, указанные в этих тезисах, получили свое дальнейшее развитие, поэтому я внесу свои дополнения. Первое, о чем хотелось бы сказать, – это о связях нового премьер-министра Синдзо Абэ с Россией. Когда дед премьер-министра С. Абэ, бывший премьер- министр Нобусукэ Киси, внес изменения в японо-американский договор безопасности в 1960 г., СССР принял курс «невозможности передачи двух островов по декларации 1956 г.» (Памятная записка министра иностранных дел А.А. Громыко в адрес Японии), что в дальнейшем привело к застою в решении территориальной проблемы.

Отец премьер-министра С. Абэ, Синтаро Абэ, был министром иностранных дел в 1986 г., когда впервые за восьмилетний период возобновились японо-российские консультации на уровне министров иностранных дел. Он осуществлял руководство японо-российскими дипломатическими отношениями, встречаясь с М.С. Горбачевым и Э.А. Шеварнадзе. С. Абэ впервые посетил Москву в качестве секретаря своего отца, тогдашнего министра иностранных дел. Следующая позиция – это политические взгляды нового премьер- министра С. Абэ. Во время выборов на пост председателя либерально-демократической партии он говорил о необходимости пересмотра японской Конституции, составленной США в период оккупации сразу после окончания войны. Кроме того, ориентируясь на традиции и патриотизм, он выступает против позиции однобокой оценки истории, воспринимающей новую и новейшую историю Японии как «зло». Можно сказать, что он придерживается принципа пересмотра истории. В экономической политике, вероятно, будет наблюдаться некоторое замедление действия нового либерализма, но в ее основе – продолжение курса реформ Дз. Коидзуми.

Эти моменты были сформулированы еще во время проходивших выборов председателя либерально-демократической партии. Определенные коррективы были внесены после визита нового премьер- министра в Китай и Южную Корею. В частности, он высказался в отношении вопросов осмысления истории, говоря о раскаянии Японии по поводу политики колониализма, которую она проводила.

Теперь хотелось бы затронуть тему распределения сил в либерально-демократической партии. Новый премьер-министр Абэ победил со значительным преимуществом на выборах на пост председателя этой партии. С. Абэ принадлежит к крупнейшей внутрипартийной фракции И. Мори. С. Абэ пока молод. Он набрал две трети голосов, но его позиции могут неожиданно пошатнуться, стоит ему потерять популярность среди населения. Если на летних выборах в палату советников правящая партия лишится большинства, то власть окажется в опасной ситуации. Внутренняя и внешняя политика на ближайшие десять месяцев будет развиваться с оглядкой на выборы в палату советников.

Итак, эти выводы были сделаны сразу после проведения выборов, но в результате визита нового премьер-министра в Китай и Южную Корею, а также в связи с ядерными испытаниями в Северной Корее можно сказать, что ему повезло и в его сторону подул благоприятный ветер, который, возможно, не приведет к ослаблению его позиций.

Следующий пункт, на котором мне хотелось бы остановиться – это предполагаемая внешняя политическая стратегия нового правительства С. Абэ. Основа этой политики – это приоритетное внимание к позиции США. Другими словами – это укрепление системы японо-американской безопасности. Таким образом, будет проводиться курс на максимально возможную поддержку международной стратегии США в Ираке и других странах. Соответственно, в Азии, опираясь на японо-американский союз, будет осуществляться конкуренция с Китаем. Те положения, о которых я сказал, являются основой внешнеполитической стратегии Японии. Таким образом, улучшение отношений с Китаем представляется затруднительным. Кроме того, настаивая на усилении стратегических отношений со странами, разделяющими демократические ценности (такими как Австралия, Индия и другие), будет развиваться идея «сети блокады 16 Китая».

Дз. Коидзуми пытался наладить диалог с Северной Кореей посетив два раза Пхеньян, но новый премьер-министр Абэ склонен проводить курс ужесточения санкций. Соответственно, в отношении Северной Кореи нельзя игнорировать внутриполитический контекст, полагаясь исключительно на популярность Абэ.

Этот анализ проводился после завершения выборов на пост председателя либерально-демократической партии, затем он был значительно изменен. Дело в том, что новый премьер-министр Абэ незамедлительно выполнил свои обещания посетить Китай и Южную Корею, где он обозначил основные направления своей внешней политики. С. Абэ провел в Китае встречи с Ху Цзиньтао, в Южной Корее – с Но Му Хеном. Непосредственно во время этих визитов произошли ядерные испытания в Северной Корее. Это позволило С. Абэ заострить внимание на отношениях с Северной Кореей. Таким образом, новый премьер-министр направил свои усилия на улучшение и исправление отношений с Китаем и Южной Кореей.

Следующий момент внешнеполитического курса Японии – это отношения с Россией. Основа новой политики С. Абэ состоит в осторожном подходе. Среди дипломатических задач Японии Россия занимает не очень важное место. Можно сказать, что в нынешний момент происходит поиск места России в системе внешнеполитических приоритетов Токио. В плане решения территориальной проблемы С. Абэ занимает жесткую позицию. Тем не менее, основой его дипломатии будет осторожный подход. Так как он ведет разговор о демократических ценностях, когда речь идет о том, что происходит в Китае, то ожидается его критическая позиция в отношении внутренней политики России.

В том случае, если связи России с Китаем будут укрепляться, то это приведет к отдалению Японии от России. Также важным является то, какой позиции будет придерживаться Россия по вопросам, связанным с Северной Кореей. Круг возможностей сузится, если Россия в своей азиатской стратегии будет ограничиваться только одним Китаем. Полагаю, что важным является правильное понимание стратегических ценностей, которых придерживаются как Россия, так и Япония.

К вышесказанному хотелось бы еще добавить следующее. В связи с визитами нового премьер-министра Японии в Китай и Южную Корею можно сказать, что место России во внешней политике Японии стало менее значимым. В реакции мировой общественности на ядерные испытания в Северной Корее российская позиция четко не видна. Также нет достаточной информации о том, какую позицию Россия займет на шестисторонних переговорах.

Текст г-на Мията закончился. Пользуясь случаем, я хотел бы добавить два комментария от себя лично. Первый касается японокитайских переговоров на высшем уровне. Судя по той информации, которой я располагаю, премьер-министр Абэ еще до выборов провел переговоры с послом Китая в Японии. Затем он провел еще одни переговоры в сентябре 2006 г. Полагаю, что в результате этих переговоров между Японией и Китаем возникло определенное согласие по ряду вопросов. Таким образом, новый премьер-министр Абэ больше не будет посещать храм Ясукуни, который является камнем преткновения в японо-китайских отношениях. Но об этом не будет объявляться официально. Это не будет также закреплено в японо-китайских совместных документах. Велика вероятность того, что китайская сторона признала подобную позицию. Таким образом, нельзя не видеть, что между Китаем и Японией наметилось явное улучшение отношений.

Следующий мой комментарий касается соглашений между Японией, Китаем и Южной Кореей. Пока еще не совсем понятна внешнеполитическая позиция нового премьер-министра Японии, но велика вероятность того, что Китай станет врагом для Японии и России. Если говорить более откровенно, то можно предположить ситуацию, когда японо-китайское сотрудничество будет развиваться, а Россия останется не у дел, и тогда ей придется предпринять какие- то шаги. В японской дипломатии не очень принято использовать такие термины, как «стратегические игры», тем не менее, я полагаю, что именно такие стратегические игры начинают проводиться на Корейском полуострове.

comments powered by HyperComments

Также читайте