Рассказы о живущих под землей огромных мохнатых животных

:  Во время поисков Земли Андреева исследователи на многих участках побережья и островах (например, на Медвежьих, на Айоне) наталкивались на следы прежнего существования какого-то племени – остатки жилищ, не похожих на чукотские. Возможно, что это были следы племени онкилонов. По преданию, они раньше населяли побережье Восточно-Сибирского моря. Это было большое племя: «Их было столько, сколько звезд на небе». Но болезни и стычки с воинственными чукчами подкосили племя. Последние онкилоны исчезли, по видимому, в XVIII веке. История жизни и гибели этого племени еще не раскрыта. Следы пребывания их можно обнаружить до сих пор. Возможно, что именно об онкилонах безмолвно рассказывают остатки жилищ на островах Медвежьих и на Чукотском побережье.

Многие участки Восточно-Сибирского моря представляют тот же любопытный феномен природы, что и побережье моря Лаптевых. Исключительный интерес представляют подлинные кладбища ископаемых животных в Хапташинском и Ойягосском ярах, расположенных недалеко от пролива Д. Лаптева.

Среди местных жителей во время работ Великой Северной экспедиции ходили рассказы о живущих под землей огромных мохнатых животных. Эти животные якобы роются в земле, а когда нечаянно выходят на поверхность (например, в обрывах речек, в оврагах), то сразу умирают.

Такая легенда могла возникнуть только вследствие неумения объяснить различные явления природы. А подсказана она была многочисленными случаями появления мамонтовых туш в береговых обвалах. Песцы и волки кормились мамонтовым мясом. Местные охотники и промышленники тоже употребляли мамонтовое мясо для корма собак. Когда участники экспедиции, отправившиеся на раскопки мамонта на речку Березовку, выкопали его, они сделали на пробу котлеты из мамонтового мяса. Вряд ли эти котлеты были очень вкусные, но, во всяком случае, они доставили огромное удовольствие ученым.

Мясо мамонтов часто шло в пищу далеких предков современного человечества.

Обстоятельства, при которых животные могли попасть в мерзлый грунт, были, конечно, самыми различными. Внезапные обвалы, заход в топи, гибель в реке при буйном половодье, снежный завал – всё это могло, очевидно, способствовать укрытию трупа слоем земли или снега, препятствующим разложению.

Вот рассказ Е. Скворцова, участника одной из экспедиций, о маленьком происшествии у обрыва яра: «Пошел низом у самых стен серых громад, внизу подмытых водою моря и в некоторых местах нависших над седой пеной, лежащей вдоль береговой линии после вчерашнего прибоя. В сегодняшний теплый день идет таяние льда и часто шлепают сверху куски глины. Шел я потихоньку вдоль берега, внимательно осматривая светло-серые стены, испещренные таинственными письменами, как вдруг вздрогнул от грохота, напоминавшего пушечный выстрел – гулкое эхо покатилось, нарушая мертвую тишину пустыни. Обернулся назад; там, в высоком столбе поднявшейся пыли, увидел массу обвалившейся глины в том месте, у которого я стоял минуты три тому назад. Невольно задумался о своей судьбе: если б обвал произошел три минуты тому назад, вероятно, так и не узнали бы, куда я девался, ибо подобных куч глины по берегу, как я скоро убедился, много и едва ли можно было бы догадаться, которую из них нужно разрывать, чтобы отыскать мое тело. Вот прекрасные условия для сохранения трупов в мягкой глине, со всех сторон плотно их облепившей, мешающей доступу кислорода. Через тысячи лет от трупов сохраняются в худшем случае кости, как в подобных обрывах и сохранились кости давно живших животных. После этого инцидента шел уже на более почтительном расстоянии от яра и обратил еще большее внимание на то, как подмыты громады и насколько некоторые из них близки к падению».

Любопытно, что по костям и остаткам растений в глинистом слое яра можно проследить, как постепенно беднела природа и мельчали животные перед наступлением последнего оледенения. В самых нижних слоях замурованы кости гигантских животных, а в самых верхних, судя по размерам костей, животные годились бы в детеныши первым. Такое же постепенное уменьшение размеров (снизу вверх) можно заметить и у растений. Выше лежит слой ископаемого льда без органических вкраплений, и над всем этим воздвигнута крыша из современного слоя почвы с дернистым покровом.

Величественная книга истории природы раскрывается здесь на глазах человека.
Восточная часть моря, к востоку от Колымы, многим отличается от западной. Берега здесь гористые; непрерывной чередой, цепями и группами, горы Чукотки уходят на юг от побережья. Местами мрачные, черные, каменистые склоны круто обрываются к морю. Местами между ними и морем лежит узкая цепь лагун и кос, напоминающих о том, что и здесь происходит подъем суши. Островов, сложенных из песка и льда, здесь нет. Значит, и в далеком прошлом природные условия здесь были не такие, как в западной части моря.

В климате района, лежащего восточнее Колымы, ощущается могучее дыхание Тихого океана. Однако оно здесь далеко не всегда оказывается благодетельным. Циклоны, приходящие в море с юга, часто вызывают в тыловой своей части жестокие штормовые ветры, гонящие лед из океана к берегу. Если же через горы Чукотки прорываются к берегу теплые южные ветры, они так стремительно падают с верхних гор к морю, что вспенивают воду.

comments powered by HyperComments

Также читайте